Человек всегда запоминает «первое»: первое сентября, первый класс, первая любовь... То же самое и первое организованное собрание в новой организации, например, первый семинар.

- Поскольку у меня бродила в голове идея «Чикагской школы», я подошел к Крыштановскому и спросил, что нам можно почитать по этой теме. А он сказал: «Вы почитайте что-нибудь, а я – давайте, я Батыгина позову!» Пришел Батыгин, который через некоторое время стал Геннадием Семеновичем Батыгиным.

Это был наш первый наш семинар. Нас было тогда четверо. И мы еще не знали, кто он такой, мы знали только, что он книжки писал. Но что это за человек, что это за фигура в отечественной социологии, мы не знали.

 

Интервью проведено Н.Я. Мазлумяновой 23 января 2002 года. "Социологический журнал", №2, 2003 г.

Расскажите, пожалуйста, о вашем детстве.

В профессиональной биографии принято указывать на какие-либо значимые обстоятельства, обусловившие профессиональные занятия. Но в моей судьбе все происходило достаточно тривиально. Вряд ли я смогу припомнить какие-нибудь экстраординарные обстоятельства, повлиявшие на выбор мною сначала философского образования, а затем профессии социолога. Что касается первого, то роль внешних событий здесь весьма незначительна. А если говорить о профессии социолога, то скорее не я выбрал ее, а она выбрала меня.